«На восстановление отрасли нужны триллионы»: эксперт о введении нового авиасбора

«Пассажиры просто беззащитны»

– Юрий Михайлович, как вы оцениваете инициативу введения сбора с пассажиров на поддержку лизинга и эксплуатации российских самолетов?

– У нас не так много людей, которые вообще пользуются авиационным транспортом, а тут еще разные поборы: то на керосин, то на строительство аэропортов, то теперь на лизинг самолетов. То, что простые люди будут оплачивать лизинг самолетов или их строительство… В свое время, когда наша страна под названием СССР только-только зарождалась, тоже выпускали облигации на самолеты, и вся страна помогала их строить. Как и во время войны – многие отдавали свои сбережения на строительство самолетов, танков, пушек, кораблей. В общем, ничего не меняется.

Нас летает примерно 120 миллионов в год. Если это даже тысяча рублей с одного билета – вы понимаете, что это уже миллиарды. Да, надо помогать стране. Но мы страна, которая имеет в достатке газ, нефть, бензин, керосин, и при этом у нас очень дорогие нефтепродукты – бензин, керосин и масла. И я, в общем-то, не на самолеты бы деньги собирал, а на строительство заводов, на строительство НПЗ – чтобы выпускать хорошие масла, добротное дизельное топливо. Чтобы выпускать хорошие бензины, а не как сейчас: было Евро-4 и Евро-5, а теперь Евро-2. Сейчас просто загонят [автомобильные] двигатели некачественным топливом, а потом и авиационные двигатели. Только и всего.

– К чему приведет эта инициатива, если ее реализуют? Насколько упадет спрос на авиаперелеты?

– Да и так нет такого уж спроса. Потому что то, что сейчас авиакомпании могут делать [с пассажирами]… Мы, пассажиры, просто беззащитны. Например, в этом году я летал в отпуск в Сочи, билеты брал туда-обратно. Отпуск закончился, приезжаю в аэропорт, объявляют: рейс отменен. Я говорю: «А мне что делать?» – «Не знаю». Ни одна компания вообще не думает о людях. Взяли и отменили рейс – и всё. Если бы я знал заранее, я бы купил билеты на поезд или, может быть, автобусом поехал – хотя неудобно ехать автобусом из Сочи. Но у меня была полная уверенность, что я прилетел и улечу обратно. Нет, просто отменили, и всё.

«Билеты покупают не более 5 процентов населения»

– Какую альтернативу авиасбору вы предлагаете?

– Альтернатива здесь одна – запретить вывоз капитала за рубеж. У нас в год вывозится от 200 до 350 млрд рублей. Перекройте границу. Вот это жулье, которое сидит на шее России, это не больше ста семей – они вывозят бешеные деньги. За 10 лет триллионы могли бы остаться в России. Оставьте эти деньги, не надо грабить народ.

Ведь народ наш сегодня помогает СВО. Я сам лично отдал свою «Ниву» – мы с сыном купили два УАЗика, отремонтировали, отправили на СВО. Мои друзья собирают деньги, покупают автоклавы, продукты питания, сигареты отправляем на свои деньги. Покупали мотоциклы, каски, бронежилеты. Наш народ настолько добросердечный, настолько доверчивый! Все делают люди, простые люди.

А тут: не хватает денег на самолеты – давайте возьмем с людей! Мол, билеты все равно же кто-то покупает. Но это не более 5 процентов нашего населения. Просто кто-то летает десять раз в год, а кто-то один раз в десять лет.

– Как вы оцениваете перспективы этой инициативы: через пять-десять лет российские самолеты станут конкурентоспособными и сбор отменят?

– Никогда ничего не отменят. Вот если что-то где-то повысили – бензин или керосин – никогда уже цена ниже не станет. Вот ввели сначала сборы за топливо, потом за обслуживание в аэропорту – всё это в билете, это мы платим. А теперь будем платить еще за строительство новых самолетов и за лизинг тех старых, которые выкупаются «Аэрофлотом» и другими компаниями. Это оброк, который правительство опять повесило на своих граждан.

У меня нет сарказма по отношению к государству, что-то все же делается: строятся дороги, больницы, перинатальные центры, поликлиники, школы, детские сады. Но такой отраслью, как авиационная, должны управлять специалисты, а их, к сожалению, нет. Есть менеджеры, которые осваивают бюджет. А настоящих конструкторов, инженеров – их не подпускают. Вы думаете, их нет? Да их у нас сотни, может быть, тысячи таких замечательных людей, которые могли бы возродить отрасль и построить новые самолеты.

Совсем недавно я чествовал своего товарища – летчика-испытателя, который получил Героя России. Он работает в производственном объединении Яковлева, занимался новыми самолетами Sukhoi Superjet New – это полностью импортозамещенная машина, с двигателем ПД-8. Другие мои приятели занимаются самолетом МС-21. Так что я знаю состояние дел – работал с этими людьми и продолжаю общаться с ними. Вот, допустим, в августе они налетали 72 часа на испытаниях машины. А у меня вопрос: а почему не 172 часа? Почему у вас сертификация идет не год-полтора, как за рубежом, а десятилетиями? И толком вы все равно не доделаете машину до конца, чтобы она была готовым продуктом, чтобы любая компания могла взять ее и получать прибыль, а не убытки.

«Мы так и не научились выпускать запчасти»

– Насколько остро стоит проблема с новыми самолетами?

– Это беда. Уж сколько я выступаю на всех форумах и собраниях, говорю: ну выпустили вы самолет, он сам по себе даже неплохой. Sukhoi Superjet New – там пошла уже примерно восьмая-двенадцатая серия, они постоянно дорабатываются. Но выпускать запчасти вы так и не научились.

Какой смысл авиакомпании брать новый российский самолет, если какая-то деталь или узел отработали свой ресурс и их нужно менять, а менять нечем? Этот самолет становится где-то в аэропорту, оплачиваются его стоянка и обслуживание во время хранения. Летать он не может, потому что вышла из строя какая-то деталь или система. А заменить ее в течение суток или максимум двух просто нечем, потому что нет заводов, которые сопровождают эту модель, выпускают комплектующие к ней. То же самое с МС-21.

Уже можно было с нуля выпустить группу инженеров или послать в конструкторское бюро новых ребят, которые бы решали эту проблему. Но проблема не решается десятилетиями. Вот я с 1990-х годов говорю об одном и том же: создайте самолеты. Когда разрушили Советский Союз, американские и европейские авиастроители дружно хлопали в ладоши, потому что мы пересели на Boeing и Airbus. А почему же вы свое сейчас возрождаете и опять делаете продукт? Да, он нормальный. МС-21, может быть, выйдет, пусть и не с заявленными возможностями: три с половиной тысячи километров полета вместо пяти тысяч, 52 тонны «сухой массы» вместо 48. Но если вы создали нормальный продукт, то сделайте так, чтобы он мог летать пять-десять-пятнадцать-двадцать лет, то есть пока не вылетит назначенный ресурс. Не делается этого.

Я спрашиваю: почему? Все пожимают плечами: кто будет платить? Ну как кто будет платить? Есть отрасль авиационная, есть бюджет, есть компании. Если вы не понимаете, что компания не может заказать самолет, который стоит от 60 до 120 миллионов евро, без помощи государства, вы не сделаете эти машины. Вы не сможете их эксплуатировать, потому что некому будет поддерживать их летную годность. Вышел из строя подшипник – нового подшипника нет, вышла какая-то резинка – резинки нет, вышла более сложная система, допустим, узел – его нет. Зачем тогда вы выпускаете эти самолеты?

Вот вы выпустили уже около 230 Суперджетов. А летают только 60–80, остальные – доноры, их уже разобрали. Половина из них никогда не поднимется в воздух, разобраны до такой степени, что их просто спишут. А они налетали всего-то по 8-10 тысяч часов (полный назначенный ресурс планера современного пассажирского самолета составляет 40-60 тысяч часов, – прим. Т-и). Государство несет колоссальные убытки. А человека, который отвечает за это, нет. Потому что министр транспорта – «не мое дело», Росавиация – «не мое дело», департамент развития авиации – «не мое дело». У нас размытая ответственность. Кто отвечает за авиацию? Нет такого человека.

Кто обещал Президенту сделать тысячу самолетов к 2030 году? Почему его не возьмут за чугунные руки и не подвесят? Почему сегодня даже не убирают с должностей? И одни и те же люди. Ладно, пришел, допустим, не получилось, оказался неспособен руководить какой-то отраслью. Но они ведь десятилетиями сидят. Потом, как только его «дернули», смотришь – уже живет за рубежом. Награбил, сбежал, живет там, еще и гавкает на Россию, поливает ее грязью. Представьте, сколько негодяев правили страной. И ведь они же и остаются. Нас сто сорок пять миллионов – что, нет у нас замечательных мужиков, которые вообще-то думают о России, о народе?

В общем, пока не видно прорыва в строительстве российских самолетов. И даже тех дополнительных сборов, которые сегодня обсуждаются, никак не хватит. Потому что на восстановление отрасли нужны триллионы.